Миротворческая операция России в Южной Осетии еще ждет своих исследователей — Вячеслав Гобозов

Миротворческая операция России в Южной Осетии еще ждет своих исследователей

Сегодня, 14 июля 2022 года, исполняется 30 лет с того дня, как в так называемую «зону грузино-осетинского конфликта» были введены миротворческие силы Российской Федерации, обеспечившие Южной Осетии относительный мир на целых 16 лет. День миротворцев, который мы отмечаем ежегодно, — это один из самых важных государственный праздников в нашей стране, призванный отдать дань уважения и воздать должное самопожертвованию всех, кто участвовал в миротворческой операции в Южной Осетии.

Переоценить значение данной миротворческой операции в новейшей истории Государства Алания и в судьбе осетинского народа невозможно по определению. Общеизвестно, что правовой основой начала данной миротворческой стало Сочинское (Дагомысское) «Соглашение о принципах мирного урегулирования грузино-осетинского конфликта». В соответствие с ним, была создана Смешанная контрольная комиссия (СКК) и сформированы Смешанные силы мира и правопорядка (ССМП), впоследствии переименованные в Смешанные силы по поддержанию мира (ССПМ).

Сегодня уже редко кто вспоминает о том, что становление данного миротворческого формата было процессом отнюдь не безоблачным, если не сказать – довольно противоречивым. Между тем, деятельность и решения СКК нередко вызывали весьма неоднозначную реакцию в Южной Осетии, ставя республику на грань внутриполитического кризиса. Так что отнюдь не все шаги в ходе миротворческого процесса принимались на ура, а, наоборот, многие из них становились предметом серьезных дискуссий.

Впрочем, возможно, именно это стало одним из тех основополагающих факторов, которые привели к тому, что сегодня миротворческую операцию в т.н. «зоне грузино-осетинского конфликта» называют уникальной. При этом чаще всего данный термин применяют, говоря о формате операции. Действительно, трудно припомнить другой факт в мировой практике, когда  в составе миротворческий сил, вводимых в зону противостояния, наряду с вооруженными формированиями третьих стран, не участвовавших в конфликте, входят и формирования конфликтующих сторон. Напомню, что у нас в состав Смешанных сил помимо российского батальона входили грузинский и осетинский. Последний хоть официально и имел статус Северо-Осетинского батальона, но формировался фактически из жителей Южной Осетии.

Миротворческая операция в Южной Осетии стала для России первой успешной такой операцией. Недаром при обсуждении вопроса о том, какой день должен стать официальным праздником миротворцев, неоднократно звучала и дата – 14 июля. И пусть в конечном итоге Днем военных миротворцев России стало 25 ноября, день, когда в 1973 года советские военные наблюдатели впервые приняли участие в миротворческой операции под флагом ООН, 14 июля было и остается праздником не только для Южной Осетии, но и для России и российских миротворческих сил.

30 лет – это достаточная историческая дистанция, для того чтобы взглянуть на данные события и оценить их в более широком историческом и геополитическом контексте. С этой точки зрения миротворческая операция России в Южной Осетии еще ждет своих исследователей.

Вячеслав ГОБОЗОВ, депутат Верховного Совета РЮО первого созыва

 

Zarinæ San